Выступление Асада в парламенте

Выступление Асада в парламенте Сирии перед избранными недавно депутатами можно было бы назвать в какой-то степени дежурным — он сказал то, что говорил и ранее, то, что и должен был говорить. Однако есть одна деталь. На мой взгляд, крайне существенная.

Асад назвал оппозицию «террористами» — что в сущности, совершенно верно. Однако в политике терминология играет весьма важную роль. Подтекст заявления ясен — ни о каких переговорах с оппозицией, которая теперь вся именована «террористической», не будет. Более того, президент Сирии заявил, что речь идет не о гражданской войне: «…кризис — это война внешних сил, которая ведется с помощью внутренних агентов, и каждый патриот должен встать на защиту страны…» Таким образом, заявлено, что более никаких попыток найти компромисс не будет.

Нэви Пиллэй

В принципе, это ответ на высказывание главного начальника по правам человеков — Верховного комиссара по правам человека ООН Нэви Пиллэй (еще одна, да простят меня женщины за неприкрытый сексизм бешеная баба от политики), которая  «…выразила опасения того, что мировые лидеры пойдут на сделку с Башаром Асадом и гарантируют ему личную безопасность в обмен на отказ от власти.

 Пиллэй так оценила подобную перспективу: «Это будет политически неправильным решением. Вы не можете даровать амнистию людям, совершившим серьезные преступления. Посему, моя позиция проста – я требую, чтобы виновные понесли ответственность…»

По сути, Пиллэй сообщила от имени т.н. мирового сообщества, что с Асадом и его режимом переговоров не будет — никакой пощады тиранам! Собственно, ничего нового — в Ливии Каддафи четырежды предлагал переговоры как мятежникам, так и Западу — безрезультатно. Противникам нужна была расправа на камеру — они её получили. Здесь вариантов тоже не оставляют — поэтому альтернатива в сущности проста — отказ от власти и какая-нибудь Гаага на фоне немедленной резни национальных и конфессиональных меньшинств либо борьба до последнего.

Лично я не сомневаюсь, что Асад вполне мог бы оставить свой пост, имей он гарантии прекращения насилия в стране — но это абсолютно нереальный сценарий. Поэтому позиции определены, карты на столе.

Вероятнее всего, план Аннана теперь будет либо де-юре, либо де-факто задвинут в стол, Асад скорее всего, окончательно осознал, что его попросту обманули — как и многих позарившихся на миротворческие инициативы Запада до него. На повестку дня выходит жесткое и бескомпромиссное противостояние. Переговоры возможны — но только с позиции силы. Иное — бесперспективно.

Реклама